Method system::includeEditInPlaceJs doesn't exist
Портал
 

Поиск

 

Проверка орфографии

Система Orphus

Библиотечный фронт: 1941-1945 годы.

9 мая 2020 г. на сайте Дмитровской центральной библиотеки прошла онлайн-лекция «Библиотечный фронт: 1941-1945 годы» профессора кафедры информационно-аналитической деятельности Московского государственного лингвистического университета, доктора педагогических наук Александра Михайловича Мазурицкого.

Профессор познакомил нас с особенностями деятельности библиотек в годы Великой Отечественной войны. Участники узнали об основных направлениях работы библиотек, связанных с пропагандой военно-оборонных знаний, помощи производству, содействия движению по оказанию помощи фронту, организации библиотечного обслуживания госпиталей. Особое внимание было уделено вопросам сохранности и эвакуации библиотечных фондов, спасения книг на временно-оккупированной территории.

Мазурицким А.М. была рассмотрена деятельность немецких оккупационных властей по отношению к фондам советских библиотек, проанализирован характер ущерба, нанесённого захватчиками библиотекам страны, а также процесс восстановления системы библиотечного обслуживания населения.

Вот только некоторые факты из лекции:

Первая бомбардировка Москвы произошла 22 июля 1941 года, через месяц после начала войны. На библиотеку имени Ленина упало 70 зажигательных бомб. Когда я студентов спрашиваю, они всегда говорят, что фашисты хотели уничтожить нашу национальную святыню. На самом деле причина в том, что библиотека находится около Кремля, и разрушить хотели в первую очередь его.

В библиотеках с первых дней войны сформировали дружины для противодействия немецкой авиации. На крышах библиотек находились дежурные, задача которых была схватить бомбу клещами и бросить её в специальный ящик. Иногда дежурными становились девушки лет 18–20, которые под разрывы зениток по ночам обезвреживали бомбы.

Началась эвакуация, за незначительный срок нужно было перенести миллионы ценных экземпляров книг. Инструкций на этот счёт не было. Библиотекари должны были сами определить ценную часть фонда, подготовить ящики, транспорт, определить, сколько нужно людей привлечь для подготовки к перемещению коллекции, найти бечёвку, чтобы перевязывать книги. Так, к примеру, из библиотеки имени Салтыкова-Щедрина было отправлено 18 вагонов с книгами, в том числе библиотека Вольтера, Остромирово Евангелие и фонды «Россика». Нужно понимать, что это книги особого хранения, которым нужна особая влажность, особая температура, а тут их приходилось сгружать в холодные вагоны. Конечно, после войны было много проблем с восстановлением и реставрацией книг.

Никто не знал, как спасать книги от налётов фашистской авиации. Первыми мерами для сохранения книг в библиотеках стало заклеивание окон и закладка их мешками с песком, обработка крыш огнеупорным составом. Самую ценную литературу укрывали в подвалах. Так делали и в библиотеке имени Некрасова, и в библиотеке МГУ. И когда в библиотеку МГУ попала фугасная бомба и обрушила здание, книги в подвале накрыло как одеялом — некоторые ценные экземпляры удалось сохранить.

В районных библиотеках прятать книги в здании было опасно, и для этого выкапывали ямы. Их обкладывали тряпками, соломой, деревянными ящиками и закрывали землей. Часть книг просто отдавали на руки читателям. Но этот процесс тоже был слишком рискованным. Когда немецкие оккупанты наступали на город или деревню, они вывешивали на столбах объявление: «Сдать оружие, радиоприёмники и большевистскую литературу. За невыполнение – расстрел».

Спасение библиотек не было безобидным делом. Так, например, была расстреляна Мария Ненашева из Могилёвской областной библиотеки за хранение большевистских книг. Позже стало известно, что Мария Михайловна при библиотеке устраивала встречи партизан.

Трудно сложилась судьба тех библиотекарей, которые работали на оккупированных территориях. Старшее поколение помнит: после войны заполнялись анкеты, где был вопрос «Были ли вы или ваши родственники на оккупированных территориях?» В первую очередь, интересовал вопрос, работали ли вы там, – это приравнивалось к пособничеству фашистам. Когда я был аспирантом, я нашел материалы о спасении Киевской детской библиотеки. Там было сказано, что библиотекари до прихода фашистов укрыли ценную литературу, знамя библиотеки, бюсты Ленина и Сталина. Они же занимались сбором книг по брошенным библиотекам.

Во время войны работа библиотек сильно изменилась. Света не было, помещения не отапливались, в городах был введен особый казарменный режим. Библиотеки не стали ждать читателя – они сами пошли к нему. В Москве появились передвижные библиотеки в метро, которое использовалось как бомбоубежище. Библиотеки разместились на «Курской», на «Охотном Ряду», «Площади Революции», «Театральной» (тогда «Площади Свердлова»). Когда шли налёты, библиотекари пытались отвлечь людей от того ужаса и вывести человека из состояния паники и стресса. Так начали устраивать громкие читки – когда библиотекарь громко читал книгу слух для всех, кто собирался вокруг.

Формат громких читок применяли и в госпиталях. Литературу великих классиков, книги Достоевского или Толстого, привозить к раненым было нельзя. Представьте, что человек поступил в госпиталь, потерял руку или ногу, находится в депрессии, а библиотекарь приносит ему «Преступление и наказание» – это же убить человека сразу. Поэтому в библиотеки привозили детективы, фантастику, книги с увлекательным сюжетом и позитивным зарядом. Самые читаемые книги в госпиталях были «Как закалялась сталь» Островского, «Овод» Войнича. Особенно раненым нравилось читать русские народные сказки, они напоминали людям о доме и семье и всегда хорошо заканчивались.

Иногда библиотекари получали с фронта письма благодарности – фронтовики писали, что книги, прочитанные в госпиталях, помогли им выжить. Поверьте, таких писем было много.

Со всей лекцией вы можете ознакомиться, перейдя по ссылке.

Вот один из отзывов наших читателей: «Меня лекция потрясла. Смотрела, ревела, оторваться не могла. Низкий поклон благодарности Александру Михайловичу Мазурицкому! Современный! НАСТОЯЩИЙ! Профессор!»